Игорь Стёпин - Песня о пустом сердце ("Книга огненных страниц")
"А потом подул ветер. Он проник в мою сгустившуюся кровь и зашумел в голове - так причудливо, бессвязно, неразборчиво бормочет поднесенная к уху морская раковина. И вдруг его смутный шепот превратился в низкий, глухой, но вполне человеческий голос, и я даже смог разобрать слова.
- О чем ветер поет
в пустом сердце моем?
О том поет, что огонь
Сжег все в сердце моем...
По моим щекам текли слезы, они обжигали кожу, а потом застывали, замерзая на ледяном ветру, и я знал, что вместе с соленой влагой из меня утекает жизнь. Тихая песенка, которую принес ветер, стала моим "самурайским мечом" - единственным и неповторимым оружием, которое мне действительно подходило, поскольку оно не требовало ни мужества, ни твердости. Не нужно было делать последний и решающий героический жест - достаточно слушать и плакать, и ждать, просто ждать...
- О чем ветер поет
в пустом сердце моем?
О том, что вечный лед
Сковал сердце мое...
- И это правда, - горячечным шепотом говорил я ветру. - Все правда, все правда, дружище! Так оно и есть..."
- О чем ветер поет
в пустом сердце моем?
О том поет, что огонь
Сжег все в сердце моем...
По моим щекам текли слезы, они обжигали кожу, а потом застывали, замерзая на ледяном ветру, и я знал, что вместе с соленой влагой из меня утекает жизнь. Тихая песенка, которую принес ветер, стала моим "самурайским мечом" - единственным и неповторимым оружием, которое мне действительно подходило, поскольку оно не требовало ни мужества, ни твердости. Не нужно было делать последний и решающий героический жест - достаточно слушать и плакать, и ждать, просто ждать...
- О чем ветер поет
в пустом сердце моем?
О том, что вечный лед
Сковал сердце мое...
- И это правда, - горячечным шепотом говорил я ветру. - Все правда, все правда, дружище! Так оно и есть..."

Мини-альбом "Песня о пустом сердце"
В 2000 году в "Библионе" появилась в продаже кассета с записью мини-альбома "Песня о пустом сердце", которая звучит на протяжении всей "Книги огненных страниц" Макса Фрая.
Автор музыки и стихов, а также вокал - Игорь Степин, ударные - Алексей "Николс" Николаев, бас - Дмитрий "Монстр" Гусаков, гитара - Георгий Стариков. Продюсер - Макс Фрай.
Очень странные и тоскливые песни. Николс называл их "экспериментами в панк-роке".
Северная ночь (6:04 | 5,6Мб)
![]() |
Боу-ау-ау (2:57 | 2,7Мб)
![]() |
Люблю ее плохой (4:06 | 2,7Мб)
![]() |
Майроеро (3:33 | 3,3Мб)
![]() |
Tir Na Nog - Time is like a promise ("Мой Рагнарёк")
"В какой-то момент я услышал, что где-то рядом играет музыка, через несколько секунд я узнал мелодию и негромкий бесполый голос, который пел что-то простое и обворожительное на полузнакомом мне языке: "If rain will fall high appear upon the mountains, the grass will grow..." - дальше я почему-то никогда не мог разобрать, а потом еще была пронзительно печальная констатация незамысловатого факта: "Before she came I lived alone upon themountain..." и глубокомысленный вывод: "the time is like a promise" - вроде бы ничего особенного, и если бы я услышал эту дребедень на своем родном языке, я бы наверняка снисходительно поморщился... но факт остается фактом:когда-то эти строчки нежно выворачивали меня наизнанку!"

Зелёная карета ("Жалобная книга")
"— Спасибо, — повторяет она . — Теперь я, наверное, все-таки посплю. Думаю, получится...
Очень может быть. Но я в таком деле на случай не полагаюсь. Только на себя. Поэтому кладу руку ей на лоб , сам закрываю глаза , сосредоточившись, шепчу тихонько:
Все уснули до рассвета,
Лишь зеленая карета ,
Лишь зеленая карета
Мчится, мчится в вышине
В серебристой тишине.
Это просто детский стишок, сочиненный неизвестным поэтом*, но в моих устах он становится могущественным заклинанием. Случайный подарок почти случайного знакомца; мне всю жизнь отчаянно везло на мимолетные чудесные встречи. Этим стишком я кого хочешь усыплю — кроме, разумеется, себя. Себя околдовать труднее, чем постороннего человека. Да что там, почти невозможно. Известный капкан.
* Поэт на самом деле вполне известный. Дриз Овсей Овсеевич. Снотворным заклинанием каким-то образом стал отрывок из его колыбельной «Зеленая карета»."
Очень может быть. Но я в таком деле на случай не полагаюсь. Только на себя. Поэтому кладу руку ей на лоб , сам закрываю глаза , сосредоточившись, шепчу тихонько:
Все уснули до рассвета,
Лишь зеленая карета ,
Лишь зеленая карета
Мчится, мчится в вышине
В серебристой тишине.
Это просто детский стишок, сочиненный неизвестным поэтом*, но в моих устах он становится могущественным заклинанием. Случайный подарок почти случайного знакомца; мне всю жизнь отчаянно везло на мимолетные чудесные встречи. Этим стишком я кого хочешь усыплю — кроме, разумеется, себя. Себя околдовать труднее, чем постороннего человека. Да что там, почти невозможно. Известный капкан.
* Поэт на самом деле вполне известный. Дриз Овсей Овсеевич. Снотворным заклинанием каким-то образом стал отрывок из его колыбельной «Зеленая карета»."

Хельга и Вика - Тёмная Сторона







